Robot-assisted laparoscopic adrenalectomy – first experience of use in children

Cover Page

Cite item

Full Text

Abstract

The aim of this publication is to demonstrate the reproducibility and safety of the robotic-assisted approach in children with adrenal tumors.

Clinical case. A 15-year-old adolescent with an adrenal tumor was diagnosed incidentally during a routine visit to the emergency room due to the sudden onset of a right-sided hydrocele. After performing an ultrasound examination, a 43 × 41 mm tumor was detected in the projection of the right adrenal gland. Subsequent computed tomography confirmed the organ affiliation of the tumor associated with the right adrenal gland. Robot-assisted laparoscopic adrenalectomy was performed using the Versius surgical robot. Initially, the hepatic flexure of the colon was mobilized, exposing the inferior vena cava, spread out on the surface of the tumor. The adrenal vein was isolated, ligated using Hem-o-lok® clips (Teleflex, USA) and transected. Then the adrenal gland together with the tumor was carefully mobilized from the medial side by coagulation of adhesions connecting it to the inferior vena cava. Small adrenal vessels were coagulated with bi- and monopolar robotic instruments (Maryland clamp and hook) from the cranial and lateral surfaces, which allowed complete tumor resection. The adrenal gland was removed externally using a tissue removal bag. Tumor resection was performed completely robotically without conversion to laparoscopy or open surgery. Tumor resection was macroscopically complete. The duration of the operation was 180 min, the net console time was 165 min. We did not observe any intraoperative complications, such as bleeding, damage to adjacent organs, injuries associated with the impact of manipulators on the anterior abdominal wall. The child was discharged from the hospital on the 5th postoperative day. The postoperative period was uneventful. The removed pathological tissue sample, upon histological examination, corresponded to a ganglioneuroma formed from mature ganglion cells and sympathetic nerve ganglia.

Conclusion. The presented case demonstrates that adrenalectomy can be performed using robotics due to its advantages, which include improved visualization and increased maneuverability when working with robotic instruments.

Full Text

В последние годы минимально инвазивная хирургия (МИХ) все чаще используется в детской онкологии для лечения широкого спектра заболеваний [1]. Несмотря на это, литература, касающаяся робот-ассистированной лапароскопической адреналэктомии (robot-assisted laparoscopic adrenalectomy, RALA) у детей ограничена и представлена публикациями отдельных случаев или ограниченных серий [2].

Опухоли надпочечников у детей встречаются редко и представляют собой небольшой спектр заболеваний, чаще всего это нейрогенные опухоли (НО), а также феохромоцитомы, адренокортикальные карциномы и аденомы [3].

Лапароскопическая адреналэктомия (laparoscopic adrenalectomy, LA) имеет хорошо задокументированные преимущества по сравнению с открытым подходом, которые заключаются в более коротком времени операции, уменьшении потребности в переливании крови, более раннем возобновлении энтерального питания, снижении послеоперационной боли и потребности в послеоперационной анальгезии, сокращении продолжительности пребывания пациентов в госпитале и их быстром восстановлении после выполненных операций [4]. В настоящее время LA в определенных ситуациях является стандартом лечения, например, для небольших, локализованных и хорошо инкапсулированных нейробластом [2]. Важным моментом является то, что у детей с НО, прооперированных с использованием LA, химиотерапию можно начинать намного раньше, чем после открытой хирургии [5]. Косметический эффект LA также является важным преимуществом МИХ, так как наличие рубца после открытой хирургии оказывает заметное влияние на долгосрочный психологический стресс у взрослых, перенесших злокачественные опухоли в детском возрасте [6].

Появление роботических хирургических платформ позволило внести в МИХ улучшения, повысив производительность выполнения хирургических задач, в частности в резекционной хирургии [7]. Как пример – управление роботическими манипуляторами с помощью джойстика является более эффективным и устраняет эффект опоры, наблюдаемый при лапароскопии, а масштабирование движений рук облегчает тонкую и точную диссекцию тканей, выводя их на уровень микрохирургических процедур [8]. Два недавних метаанализа, посвященных изучению использования RALA у взрослых пациентов, сообщили о сокращении длительности пребывания пациентов в госпитале, снижении осложнений и потери крови по сравнению с LA [9, 10]. Немаловажно, что улучшенная эргономика при работе с роботическими сиcтемами снижает усталость и риск заболеваний опорно-двигательного аппарата верхних конечностей хирурга [11].

Цель настоящего исследования – продемонстрировать воспроизводимость и безопасность робот-ассистированного подхода у детей с опухолями надпочечников с использованием новой роботической платформы Versius производства компании CMR (Великобритания).

КЛИНИЧЕСКИЙ СЛУЧАЙ

Авторы провели ретроспективный обзор истории болезни ребенка с НО правого надпочечника. Исследование выполнено после получения разрешения локального этического комитета больницы и информированного согласия родителей на обработку данных ребенка.

Опухоль надпочечника у 15-летнего подростка была диагностирована случайно при плановом обращении в приемный покой Иркутской государственной областной детской клинической больницы в связи с внезапным появлением правостороннего гидроцеле.

Результаты обследования

После выполнения ультразвукового исследования в проекции правого надпочечника обнаружена опухоль размерами 43 × 41 мм.

Последующая компьютерная томография подтвердила органную принадлежность опухоли, связанную с правым надпочечником (рисунок 1). Она была представлена солидным компонентом, накапливающим контрастное вещество по периферии с хорошо очерченной капсулой без инвазии в соседние органы и сосуды. Факторы риска, определяемые на основе изображений (image-defined risk factors, IDRF), не были обнаружены. Решение о проведении робот-ассистированного хирургического лечения принималось в условиях многопрофильной команды и в соответствии с внутренними протоколами лечения НО, базирующимися на определении размера опухоли, оценке факторов хирургического риска на основе изображений в сотрудничестве с коллегами-радиологами и онкологами, а также на основе опыта работы хирурга с роботом.

 

Рисунок 1

Компьютерная томограмма, демонстрирующая опухоль правого надпочечника

Figure 1

A computed tomography scan showing a tumor of the right adrenal gland

 

Лечение

RALA выполнялась с помощью хирургического робота Versius. Роботизированная система Versius представляет собой модульную открытую роботическую платформу с инструментами, способными проходить через 5-миллиметровые порты.

В положении ребенка на левом боку через пупок была установлена игла Veress. Инсуффляция углекислого газа начиналась под давлением 10–12 мм рт. ст. и со скоростью потока 5 л/мин. Оптический порт диаметром 12 мм был установлен на 5 см выше от пупка. Два инструментальных 5-миллиметровых порта были введены в брюшную полость под контролем зрения в точках, расположенных в правой подвздошной области и в правой эпигастральной области на удалении от оптического порта более 6 см. Вспомогательный троакар диаметром 5 мм был установлен между левым инструментальным и оптическим портами. Порт для ретрактора печени устанавливался в субксифоидальной области.

Надпочечник и опухоль были свободно мобилизованы без технических трудностей. Не было обнаружено никаких признаков локальной инвазии в соседние органы и сосуды, в результате чего надпочечник вместе с опухолью были удалены единым блоком. Первоначально выполнялась мобилизация печеночного изгиба толстой кишки, обнажая нижнюю полую вену, распластанную на поверхности опухоли. Жировая клетчатка, окружающая надпочечник, аккуратно рассекалась, что обеспечивало доступ к ткани опухоли (рисунок 2). Печень была приподнята с помощью ретрактора, чтобы обеспечить удобство манипуляций в узком анатомическом пространстве. Надпочечниковая вена была выделена, лигирована с помощью клипс Hem-o-lok® (Teleflex, США) и пересечена (рисунок 3). Сам надпочечник не захватывался инструментами во время процедуры из-за его хрупкой природы, а также для поддержания гемодинамической стабильности в результате выброса катехоламинов. Затем надпочечник вместе с опухолью был аккуратно мобилизован с медиальной стороны путем коагуляции сращений, связывающих его с нижней полой веной. Мелкие надпочечниковые сосуды были коагулированы би- и монополярными роботическими инструментами (зажим Maryland и крючок) с краниальной и латеральной поверхности, что позволило полностью удалить опухоль (рисунок 4). Надпочечник извлекался наружу с помощью мешка для удаления тканей Endo CatchTM (Medtronic, США) через расширенный разрез в месте стояния оптического порта.

 

Рисунок 2

Внешний вид опухоли после мобилизации

Figure 2

Appearance of the tumor after mobilization

 

Рисунок 3

Робот-ассистированная адреналэктомия: этап клипирования надпочечниковой вены с помощью клипс Hem-o-lok®

Figure 3

Robot-assisted adrenalectomy: clipping the adrenal vein using Hem-o-lok® clips

 

Рисунок 4

Робот-ассистированная адреналэктомия: заключительный этап – коагуляция питающих сосудов

Figure 4

Robot-assisted adrenalectomy: the final stage – coagulation of feeding vessels

 

Хирургическое вмешательство являлось терапией первой линии. В ходе предоперационной визуализации не было выявлено позитивных IDRF. Резекция опухоли была выполнена полностью роботическим способом без конверсии в лапароскопию или открытую хирургию и была макроскопически полной. Длительность операции составила 180 мин, чистое консольное время – 165 мин.

Динамика и исходы

Мы не наблюдали интраоперационных осложнений, таких как кровотечение, повреждение соседних органов, травмы, связанные с воздействием манипуляторов на переднюю брюшную стенку. Ребенок был выписан из больницы на 5-й послеоперационный день. Послеоперационный период прошел без осложнений. Удаленный патологический образец тканей при гистологическом исследовании соответствовал ганглионевроме, сформированной из зрелых ганглионарных клеток и симпатических нервных узлов. При наблюдении за пациентом на протяжении 1 года признаков возврата симптомов заболевания, связанных с рецидивом опухоли, не обнаружено. Ультразвуковое исследование, выполненное через 3, 6 и 12 мес после операции не обнаружило наличия опухоли в проекции правого надпочечника.

ОБСУЖДЕНИЕ РЕЗУЛЬТАТОВ ИССЛЕДОВАНИЯ

НО являются наиболее распространенными внечерепными солидными опухолями у детей и наиболее распространенными образованиями у младенцев, при этом полная резекция является излечивающей операцией на ранней стадии развития заболевания [12]. НО возникают из клеток нервного гребня, которые образуют мозговое вещество надпочечников и симпатические ганглии. Хотя опухоли могут возникать в любом месте вдоль симпатической цепи, НО чаще всего обнаруживаются в забрюшинном пространстве (75%), как правило, в надпочечниках (50%) и паравертебральных ганглиях (25%) [13].

Опухоли надпочечников у детей в основном включают опухоли нейроэктодермы, за которыми следуют феохромоцитомы и очень редкие опухоли, представленные адренокортикальными аденомами или карциномами. Что касается нейроэктодермальных опухолей, то они представлены либо перинатальными надпочечниковыми нейробластомами, которые регрессируют спонтанно или при минимальной химиотерапии в 70% случаев и не оперируются вообще [2], либо агрессивными метастатическими или MYCN-амплифицированными опухолями с ростом в соседние органы и сосуды и в настоящее время не подходят для МИХ. Таким образом, количество случаев надпочечниковых НО, где применима робот-ассистированная хирургия, ограничено. Ценность роботической хирургии в этом контексте заключается в возможности точно иссечь ткань опухоли, когда она окутывает почечную ножку.

Стандартной целью хирургии НО является полная резекция первичной опухоли, что для образований низкого риска может представлять собой единственный требуемый метод лечения [8, 14]. Для большинства НО открытая адреналэктомия долгое время являлась основой лечения. Однако с появлением лапароскопии и (совсем недавно) роботической хирургии отмечен сдвиг парадигмы в сторону минимально инвазивного подхода в лечении детских солидных опухолей.

LA в настоящее время стала стандартной хирургической техникой для безопасного и эффективного лечения большинства заболеваний надпочечников у детей [15]. Текущие рекомендации по использованию МИХ при опухолях надпочечников у детей склоняются к тому, что наличие IDRF не является абсолютным противопоказанием к МИХ. Рекомендации IPEG (Международная детская эндохирургическая группа) [15] предполагают, что лапароскопия применима для удаления небольших опухолей диаметром менее 6 см без признаков инвазивного роста в соседние органы и сосуды. Руководство по клинической практике Международного эндокринологического общества (2014) [16] рекомендует мининвазивные процедуры для небольших неинвазивных параганглиом, расположенных в хирургически благоприятных и доступных местах. Комитет по борьбе с раком Американской детской хирургической ассоциации (2020) [17] настаивает на том, что МИХ безопасна для тщательно отобранных пациентов с небольшими нейробластными опухолями размером 4–6 см без IDRF при соблюдении онкологических принципов удаления. Международная группа хирургов по изучению нейробластомы Европейского общества детской онкологии (SIOPEN) [18] советует рассматривать МИХ для удаления небольших локализованных нейробластных опухолей с отсутствием IDRF и объемом <75 мл, но не рекомендует минимально инвазивный подход при наличии более одного признака IDRF, особенно в сочетании с инвазией в соседние органы и сосуды.

Во взрослой популяции RALA давно стала безопасной и эффективной процедурой, представляя собой привлекательную альтернативу лапароскопическим подходам. Метаанализ, сравнивающий RALA с LA (n = 600), продемонстрировал сокращение продолжительности пребывания (−0,43 дня; p < 0,00001), объем кровопотери (p = 0,001) и снижение частоты послеоперационных осложнений (3,6% против 6,8%; p = 0,05) [9]. Более обширный метаанализ (n = 1162) не обнаружил разницы в интраоперационных или послеоперационных осложнениях, но подтвердил значительно более короткое пребывание пациентов в больнице (0,4 дня). Время операции было значительно больше в группе RALA [10].

Использование робототехники у детей затруднено в результате ограниченной доступности роботических систем в детских госпиталях и финансовыми барьерами, связанными с первоначальными инвестициями в покупку робота и последующими сервисными расходами, а также тратами на покупку роботических инструментов. Хотя внедрение робот-ассистированной хирургии прошло достаточно успешно в детской урологии, в целом частота использования ее у детей остается низкой [19].

Литература, касающаяся использования робот-ассистированного подхода в хирургии надпочечников у детей, ограничена и представлена отдельными случаями [20–26]. Крупнейший опыт применения RALA у детей был представлен французской группой исследователей на примере 50 тщательно отобранных детей с опухолями надпочечников [2]. Всего было выполнено 50 RALA: 23 для односторонних НО (87% нейробластом) и 27 для эндокринных опухолей. Восемь (35%) нейробластных опухолей имели положительные IDRF, в основном из-за того, что образование проникало в почечную ножку. Медиана продолжительности пребывания пациентов в госпитале составила 2 дня. Края резекции были макроскопически чистыми во всех случаях. После наблюдения на протяжении в среднем 2,9 года 2 ребенка находились на лечении метастатического рецидива, а 3 – умерли из-за рефрактерного к противоопухолевой терапии заболевания. У 16 детей были диагностированы эндокринные опухоли – феохромоцитома и двусторонняя узловая адренокортикальная гиперплазия с синдромом Кушинга. Одному ребенку потребовалась конверсия в открытую хирургию и у 1 пациента возникло осложнение.

В одном из недавних исследований было сообщено о нежелательных явлениях и заболеваемости, связанных с внедрением детской роботической программы после первых 300 случаев [27]. Несмотря на то, что у 19% детей были сопутствующие заболевания (включая генетические), робот-ассистированная хирургия была безопасна даже у самых уязвимых детей. Оценка риска анестезии по шкале Американского общества анестезиологии ≥3 баллов, вес ≤15 кг и принадлежность к онкологии не приводили к значительному увеличению частоты конверсий, осложнений или интраоперационных нежелательных явлений.

Несмотря на то, что RALA технически осуществима у детей, адренокортикальные карциномы являются единственным типом опухолей, при которых использование МИХ, как правило, вызывает споры из-за резкого снижения бессобытийной выживаемости в контексте разрыва опухоли и устойчивости к химиотерапевтическому лечению [28]. В недавнем исследовании были представлены рекомендации по надлежащему отбору случаев при старте роботической хирургической программы [29], где было обозначено, что адренокортикальные карциномы являются абсолютным противопоказанием к МИХ.

Таким образом, преимуществами робот-ассистированной хирургии являются улучшенное 3D HD-изображение и повышенная маневренность роботических инструментов, благодаря 7 степеням свободы манипуляций, что облегчает мобилизацию опухоли и диссекцию задней части нижней полой вены при крупных опухолях, особенно у младенцев. Благодаря этим качествам роботическая платформа позволяет проводить точные движения при выделении надпочечниковых масс, обеспечивая свободу движений при сосудистой диссекции, где кровотечение может привести к серьезным последствиям. Постепенное внедрение робототехники в педиатрических медицинских центрах будет представлять собой смену парадигмы хирургии.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Настоящее исследование демонстрирует, что RALA воспроизводима и эффективна у детей с НО. Отбор случаев имеет решающее значение для получения хороших результатов. Тесное сотрудничество с детскими онкологами, а также тщательное последующее наблюдение имеют решающее значение. В условиях специализированной детской роботической хирургической бригады показания к RALA могут быть расширены и распространяться на пациентов с более сложными формами заболевания.

ВКЛАД АВТОРОВ

Ю.А. Козлов: обзор литературы, сбор и анализ литературных источников, написание текста и редактирование статьи;

А.П. Рожанский: обзор литературы;

Э.В. Сапухин: сбор и анализ литературных источников;

А.A. Марчук: обзор литературы, сбор и анализ литературных источников;

Ю.П. Съемщикова, М.В. Макарочкина: сбор и анализ литературных источников.

Все авторы подтверждают соответствие своего авторства международным критериям ICMJE (все авторы внесли существенный вклад в разработку концепции, проведение исследования и подготовку статьи, прочли и одобрили финальную версию перед публикацией).

AUTHOR CONTRIBUTIONS

Yu.A. Kozlov: literature review, collection and analysis of literary sources, writing and editing the article;

A.P. Rozhansky: literature review;

E.V. Sapukhin: collection and analysis of literary sources;

A.A. Marchuk: literature review, collection and analysis of literary sources;

Yu.P. Semshchikova, M.V. Makarochkina: collection and analysis of literary sources.

All the authors confirm that they have met the ICMJE authorship criteria (all the authors have made a substantial contribution to the conception of the work, investigation, and preparation of the manuscript, have read and approved the final version to be published).

ЭТИЧЕСКАЯ ЭКСПЕРТИЗА

Исследование одобрено локальным этическим комитетом ГБУЗ ИГОДКБ (протокол №КИМИ02.01.2022 от 14.09.2022).

ETHICS REVIEW

The study was approved by the local Ethics Committee of Irkutsk State Regional Children's Clinical Hospital (Protocol No.КИМИ02.01.2022 dated 14.09.2022).

СОГЛАСИЕ НА ПУБЛИКАЦИЮ

Авторы получили письменное информированное добровольное согласие законных представителей пациента на публикацию его конфиденциальных данных, в том числе фотографий (с закрытием лица), в научном журнале, включая его электронную версию (дата подписания – 04.12.2024). Объем публикуемых данных с законными представителями пациента согласован.

CONSENT FOR PUBLICATION

The authors obtained written informed consent from the patient’s legal representatives to publish his confidential data including photographs (with face covered) in a scientific journal, both in the printed and digital versions (signed on 04.12.2024). The amount of published data was agreed upon with the patient’s legal representatives.

ИСТОЧНИК ФИНАНСИРОВАНИЯ

Авторы заявляют об отсутствии внешнего финансирования при проведении поисково-аналитической работы и подготовке рукописи.

FUNDING

The authors declare that they received no external funding for the research and analysis work and preparation of the manuscript.

КОНФЛИКТ ИНТЕРЕСОВ

Авторы декларируют отсутствие явных и потенциальных конфликтов интересов, связанных с публикацией настоящей статьи.

CONFLICT OF INTEREST

The authors declare that they have no competing interests.

×

About the authors

Yury A. Kozlov

Irkutsk State Regional Children's Clinical Hospital; Russian Medical Academy of Continuing Professional Education of Ministry of Health of the Russian Federation; Irkutsk State Medical University of Ministry of Health of the Russian Federation

Author for correspondence.
Email: yuriherz@hotmail.com
ORCID iD: 0000-0003-2313-897X

Irkutsk State Medical Academy of Postgraduate Education; Corresponding Member of the RAS, Dr. Med. Sci., Professor, Chief Physician of Irkutsk State Regional Children's Clinical Hospital; Head of the Department of Pediatrics and Pediatric Surgery at Irkutsk State Medical University; Professor at the Department of Pediatric Surgery of Irkutsk State Medical Academy of Postgraduate Education

Russian Federation, Irkutsk; Irkutsk; Irkutsk

A. P. Rozhansky

Irkutsk State Regional Children's Clinical Hospital; Irkutsk State Medical University of Ministry of Health of the Russian Federation

Email: yuriherz@hotmail.com
ORCID iD: 0000-0001-7922-7600
Russian Federation, Irkutsk; Irkutsk

E. V. Sapukhin

Irkutsk State Regional Children's Clinical Hospital

Email: yuriherz@hotmail.com
ORCID iD: 0000-0001-5470-7384
Russian Federation, Irkutsk

A. A. Marchuk

Irkutsk State Regional Children's Clinical Hospital

Email: yuriherz@hotmail.com
ORCID iD: 0000-0001-9767-0454
Russian Federation, Irkutsk

Yu. P. Semshchikova

Irkutsk State Medical University of Ministry of Health of the Russian Federation

Email: yuriherz@hotmail.com
ORCID iD: 0000-0001-9049-0450
Russian Federation, Irkutsk

M. V. Makarochkina

Irkutsk State Regional Children's Clinical Hospital

Email: yuriherz@hotmail.com
ORCID iD: 0000-0001-8295-6687
Russian Federation, Irkutsk

References

  1. Mora Fritis C., Ruiz-Tagle P.G., Vuletin Solis J.F., Sáez Binelli J., Pattillo Silva J.C. Tumores suprarrenales en pacientes pediátricos tratados mediante técnica quirúrgica mínimamente invasiva [Adrenal tumors in pediatric patients treated with minimally invasive surgery]. Andes Pediatr 2024;95(5):613–9. [Spanish]. doi: 10.32641/andespediatr.v95i5.5157
  2. Taghavi K., Glenisson M., Loiselet K., Fiorenza V., Cornet M., Capito C. et al. Robot-assisted laparoscopic adrenalectomy: extended application in children. Eur J Surg Oncol 2024;50(12):108627. doi: 10.1016/j.ejso.2024.108627
  3. Zhang K., Zhang Y., Zhang Y., Chao M. A retrospective analysis of the clinical characteristics of 207 hospitalized children with adrenal masses. Front Pediatr 2023;11:1215095. doi: 10.3389/fped.2023.1215095
  4. Zhang R., Fang Y.F., Wu D.M., Lin Y., Zhang B., Liu M.K. et al. Comparison of the efficacy of minimally invasive and open surgery on children with neuroblastoma: a meta-analysis. J Laparoendosc Adv Surg Tech A 2021;31(7):829–38. doi: 10.1089/lap.2020.0618
  5. Iwanaka T., Arai M., Ito M., Kawashima H., Yamamoto K., Hanada R., Imaizumi S. Surgical treatment for abdominal neuroblastoma in the laparoscopic era. Surg Endosc 2001;15(7):751–4. doi: 10.1007/s004640080074
  6. Vuotto S.C., Ojha R.P., Li C., Kimberg C., Klosky J.L., Krull K.R. et al. The role of body image dissatisfaction in the association between treatment-related scarring or disfigurement and psychological distress in adult survivors of childhood cancer. Psychooncology 2018;27(1):216–22. doi: 10.1002/pon.4439
  7. Mei H., Tang S. Robotic-assisted surgery in the pediatric surgeons' world: Current situation and future prospectives. Front Pediatr 2023;11:1120831. doi: 10.3389/fped.2023.1120831
  8. Steyaert H., Van Der Veken E., Joyeux L. Implementation of robotic surgery in a pediatric hospital: lessons learned. J Laparoendosc Adv Surg Tech A 2019;29(2):136–40. doi: 10.1089/lap.2018.0426
  9. Brandao L.F., Autorino R., Laydner H., Haber G.P., Ouzaid I., De Sio M. Robotic versus laparoscopic adrenalectomy: a systematic review and meta-analysis. Eur Urol 2014;65(6):1154-61. doi: 10.1016/j.eururo.2013.09.021
  10. Agrusa A., Romano G., Navarra G., Conzo G., Pantuso G., Buono G.D. et al. Innovation in endocrine surgery: robotic versus laparoscopic adrenalectomy. Meta-analysis and systematic literature review. Oncotarget 2017;8(60):102392–400. doi: 10.18632/oncotarget.22059
  11. Holloway R.W., Patel S.D., Ahmad S. Robotic surgery in gynecology. Scand J Surg 2009;98(2):96–109. doi: 10.1177/145749690909800205
  12. Park J.R., Bagatell R., London W.B., Maris J.M., Cohn S.L., Mattay K.K., Hogarty M.; COG Neuroblastoma Committee. Children's Oncology Group's 2013 blueprint for research: neuroblastoma. Pediatr Blood Cancer 2013;60(6):985–93. doi: 10.1002/pbc.24433. Erratum in: Pediatr Blood Cancer 2014;61(5):958. Mattay K.M. [corrected to Mattay K.K.].
  13. Uwaydah N.I., Jones A., Elkaissi M., Yu Z., Palmer B.W. Pediatric robot-assisted laparoscopic radical adrenalectomy and lymph-node dissection for neuroblastoma in a 15-month-old. J Robot Surg 2014;8(3):289–93. doi: 10.1007/s11701-013-0441-0
  14. Strother D.R., London W.B., Schmidt M.L., Brodeur G.M., Shimada H., Thorner P. et al. Outcome after surgery alone or with restricted use of chemotherapy for patients with low-risk neuroblastoma: results of Children's Oncology Group study P9641. J Clin Oncol 2012;30(15):1842–8. doi: 10.1200/JCO.2011.37.9990
  15. International Pediatric Endosurgery Group. IPEG guidelines for the surgical treatment of adrenal masses in children. J Laparoendosc Adv Surg Tech A 2010;20(2):vii–ix. doi: 10.1089/lap.2010.9999
  16. Lenders J.W., Duh Q.Y., Eisenhofer G., Gimenez-Roqueplo A.P., Grebe S.K., Murad M.H. et al.; Endocrine Society. Pheochromocytoma and paraganglioma: an endocrine society clinical practice guideline. J Clin Endocrinol Metab 2014;99(6):1915–42. doi: 10.1210/jc.2014-1498. Erratum in: J Clin Endocrinol Metab 2023;108(5):e200. doi: 10.1210/clinem/dgad064
  17. Gurria J.P., Malek M.M., Heaton T.E., Gehred A., Lautz T.B., Rhee D.S. et al. Minimally invasive surgery for abdominal and thoracic neuroblastic tumors: A systematic review by the APSA Cancer committee. J Pediatr Surg 2020;55(11):2260–72. doi: 10.1016/j.jpedsurg.2020.02.019
  18. Gabra H.O., Irtan S., Cross K., Lobos P., Froeba-Pohl A., Pio L. et al. Minimally invasive surgery for neuroblastic tumours: a SIOPEN multicentre study: Proposal for guidelines. Eur J Surg Oncol 2022;48(1):283–91. doi: 10.1016/j.ejso.2021.08.013
  19. Denning N.L., Kallis M.P., Prince J.M. Pediatric robotic surgery. Surg Clin North Am 2020;100(2):431–43. doi: 10.1016/j.suc.2019.12.004
  20. Rogers C.G., Blatt A.M., Miles G.E., Linehan W.M., Pinto P.A. Concurrent robotic partial adrenalectomy and extra-adrenal pheochromocytoma resection in a pediatric patient with von Hippel-Lindau disease. J Endourol 2008;22(7):1501–3. doi: 10.1089/end.2007.0314
  21. Mitra A.P., Vasquez E., Kokorowski P., Chang A.Y. Robotic adrenalectomy in the pediatric population: initial experience case series from a tertiary center. BMC Urol 2020;20(1):155. doi: 10.1186/s12894-020-00727-x
  22. de Lambert G., Fourcade L., Centi J., Fredon F., Braik K., Szwarc C. et al. How to successfully implement a robotic pediatric surgery program: lessons learned after 96 procedures. Surg Endosc 2013;27(6):2137–44. doi: 10.1007/s00464-012-2729-y
  23. Meignan P., Ballouhey Q., Lejeune J., Braik K., Longis B., Cook A.R. et al. Robotic-assisted laparoscopic surgery for pediatric tumors: a bicenter experience. J Robot Surg 2018;12(3):501–8. doi: 10.1007/s11701-017-0773-2
  24. Navarrete Arellano M., Garibay González F. Robot-assisted laparoscopic and thoracoscopic surgery: prospective series of 186 pediatric surgeries. Front Pediatr 2019;7:200. doi: 10.3389/fped.2019.00200
  25. Chen D.X., Hou Y.H., Jiang Y.N., Shao L.W., Wang S.J., Wang X.Q. Removal of pediatric stage IV neuroblastoma by robot-assisted laparoscopy: a case report and literature review. World J Clin Cases 2019;7(12):1499–507. doi: 10.12998/wjcc.v7.i12.1499
  26. Lowrey T., Cochran D., Frimberger D., Sundaram B.M., Mercer S., Rensing A. Pediatric robotic adrenalectomy for virilizing adrenal tumor in a 4-year-old female. Urology 2021;156:260–2. doi: 10.1016/j.urology.2021.02.030
  27. Vinit N., Vatta F., Broch A., Hidalgo M., Kohaut J., Querciagrossa S. et al. Adverse events and morbidity in a multidisciplinary pediatric robotic surgery program. A prospective, observational study. Ann Surg 2023;278(5):e932–8. doi: 10.1097/SLA.0000000000005808
  28. Sakoda A., Mushtaq I., Levitt G., Sebire N.J. Clinical and histopathological features of adrenocortical neoplasms in children: retrospective review from a single specialist center. J Pediatr Surg 2014;49(3):410–5. doi: 10.1016/j.jpedsurg.2013.09.008
  29. Blanc T., Meignan P., Vinit N., Ballouhey Q., Pio L., Capito C. et al. Robotic surgery in pediatric oncology: lessons learned from the first 100 tumors – a nationwide experience. Ann Surg Oncol 2022;29(2):1315–26. doi: 10.1245/s10434-021-10777-6. Erratum in: Ann Surg Oncol 2021;28(Suppl 3):901. doi: 10.1245/s10434-021-10861-x

Supplementary files

Supplementary Files
Action
1. JATS XML
Download
2. Figure 1 A computed tomography scan showing a tumor of the right adrenal gland

Download (99KB)
Indexing metadata
3. Figure 2 Appearance of the tumor after mobilization

Download (340KB)
Indexing metadata
4. Figure 3 Robot-assisted adrenalectomy: clipping the adrenal vein using Hem-o-lok® clips

Download (365KB)
Indexing metadata
5. Figure 4 Robot-assisted adrenalectomy: the final stage – coagulation of feeding vessels

Download (467KB)
Indexing metadata

Copyright (c) 2026 «D. Rogachev NMRCPHOI»

Creative Commons License
This work is licensed under a Creative Commons Attribution 4.0 International License.